Блог

«Маски-шоу СТОП-3»?

Юрист практики уголовного права и защиты бизнеса АК “Борисенко и партнеры” Наталия Давыдова комментирует новый законопроект об обысках.

Можно с большой долей вероятности говорить о том, что готовится к выходу очередная серия «маски шоу-стоп» – 17 января 2019 года парламентом был зарегистрирован законопроект №9484 «О внесении изменений в Уголовный процессуальный кодекс Украины и Уголовный кодекс Украины (об усовершенствовании порядка применения отдельных мер обеспечения уголовного производства)».

Цель изменений остается прежней – создание действенных «предохранителей» для бизнеса от злоупотреблений правоохранительных органов во время обысков.

Законопроект подготовлен Комитетом по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности совместно с Комитетом по информатизации и Ассоциацией «Информационные технологии Украины». Пояснительная записка к проекту закона по большей части говорит о разочаровании самих народных депутатов в действенности предыдущих изменений уголовного процесса.

Действительно, такое «популярное» ныне следственное действие как обыск все еще остается главным источником служебных злоупотреблений правоохранителей из-за ряда следующих факторов:

  • законодательством не определено что именно входит в понятие «средства для обработки, передачи и хранения информации в электронном виде или их составляющие». Соответственно, следователи и прокуроры имеют возможность не относить IT-технику к электронным информационным системам основываясь исключительно на своем личном усмотрении;
  • по состоянию на сегодня, правоохранители так же самостоятельно принимают решение из ряда «изъять нельзя копировать», и это при действующих изменениях в уголовный процесс, которые прямо обязывают информацию систем копировать, а не изымать сам компьютер, на котором таковая хранится;
  • не определены механизмы защиты от неправомерной деятельности государственных органов во время досудебного расследования, в частности относительно временного доступа к вещам, которые были временно изъяты или арестованы.

Положения законопроекта нацелены исключить эти недостатки, а именно внести следующие изменения в уголовное процессуальное законодательство:

  • внести окончательную определенность толкования специальных IT-терминов;
  • внести запрет на изъятие «средств для обработки, передачи и сохранения электронной информации и их составляющие части», а именно ноутбуков, компьютеров, телефонов, серверов и пр.;
  • запретить «нарушать работу компьютерных и других систем, если средством или предметом уголовного правонарушения является информация, которая на них содержится». При этом, если правоохранители все-таки «настаивают» на изъятии, то обязать их письменно пояснить, какой вред для расследования может причинить «неизъятая» техника;
  • обжалование решений, действий или бездействий следователя или прокурора, при временном изъятии вещей и документов – владельцем или законным владельцем временно изъятого имущества.
  • установить уголовную ответственность должностных лиц за умышленное нарушение порядка временного доступа к вещам и документам, временного изъятия или ареста имущества, а также изъятия вещественных доказательств во время обыска. На сегодня ни один из субъектов досудебного расследования не несет ответственности за такие действия, что по сути подразумевает «пространство для маневров».

Комментарий юриста практики уголовного права и защиты бизнеса Адвокатской компании “Борисенко и партнеры” Наталии Давыдовой:

Мы имеем достаточно большой опыт реализации законов «Маски шоу стоп» и «Маски шоу стоп – 2», каждый из которых в той или иной степени уже предусматривал запрет на изъятие компьютерной техники. Однако, как и можно было предположить, следователи и прокуроры, когда им это действительно нужно, без особых сложностей обосновывают необходимость изъятия техники положениями этих законов. Хотя, справедливости ради, следует отметить, что изымать компьютерную технику все же стали реже.

Концептуально новым моментом в законопроекте №9484 можно считать попытку на законодательном уровне разграничить две вещи – электронную информацию (выделив ее в отдельный подвид вещественных доказательств) и материальный носитель, на котором она содержится. Последний предлагается не считать вещественным доказательством, кроме случаев, когда он сам является орудием, средством или предметом преступления. Таким образом, совершается еще одна попытка вывести компьютерную технику “за скобки” уголовного процесса, лишив недобросовестных следователей серьезного рычага давления на бизнес.

Что касается предлагаемых изменений в Уголовный кодекс в части ответственности следователя и прокурора за нарушение порядка временного доступа, изъятия и ареста имущества, то необходимо обратить внимание на элементы состава этого преступления ( речь идет о предлагаемой народными депутатами редакции). Во-первых, это наличие существенного вреда  в виде убытков на сумму от 100 необлагаемых налогом минимумов доходов граждан (что на сегодня составляет 96 050,00 грн.), нанесенных преступлением собственнику техники. Во-вторых, это наличие у следователя или прокурора умысла на нарушение установленных законом процедур. И первое и второе необходимо будет

доказать. Это означает, что на практике привлечение кого-либо к ответственности по новой потенциальной статье Уголовного кодеса выглядит проблематичным, но как дополнительная мера воздействия на правоохранителей, любящих злоупотребить своим служебным положением, она может прийтись как нельзя кстати.

В любом случае необходимо дождаться принятия закона. Опыт показывает, что до момента превращения в закон любой законопроект может измениться до неузнаваемости.

Оставьте ответ